Стал мизантропом благодаря ЖЖ

Русская нефть-11, Кризис 98-года
ronguard
Кризис 1998 года
Кризис стал переломным моментом для нефтяной промышленности. Для нефтяников наступили тяжелые времена. Когда в 1998 году цена российской нефти марки Urals упала с 17 до 10 долларов за баррель, российский экспорт оказался на грани рентабельности, отчисления в бюджет резко сократились. «Нефтяные генералы» предупредили правительство: или снижайте налоги, или снизится добыча нефти до уровня, не обеспечивающего энергетическую безопасность страны. «ЛУКОЙЛ», «ЮКОС» и «СИДАНКО» заявили о планах сократить добычу нефти в 1999 году на 15%, ТНК – на 5%. В целом по стране Минтопэнерго ожидало падения до 240–250 млн тонн с 303 млн тонн в 1998 году[65].

Государство помогло нефтяникам, перераспределив в их пользу отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы и урезав транспортные тарифы. А девальвация рубля привела к уменьшению «долларовой» себестоимости добычи. К тому же весной 1999 года начался рост цен на нефть на мировом рынке. В итоге «ЛУКОЙЛ» снизил добычу только на 0,6%, «СИДАНКО» – на 2%, а «ЮКОС» ее стабилизировал. Добыча в 1999 году даже выросла на 1,7 млн тонн – исключительно благодаря «Сургутнефтегазу», который увеличил добычу на 2,4 млн тонн.

По иронии судьбы кризис 1998–1999 годов пошел на пользу нефтяной промышленности. В России начали рассчитывать налоги нефтяным компаниям исходя из мировых цен на нефть. Ценовой кризис заставил ВИНК заняться модернизацией нефтеперерабатывающих заводов, расширением сбытовых сетей и снижением затрат.

За 1990-е годы нефтяники прошли через приватизацию, либерализацию внешней торговли, перераспределение активов, дефолт, неплатежи, глубочайший экономический спад. Хотя цены на нефть редко поднимались выше 20 долларов за баррель, частные компании смогли переломить тенденцию к снижению нефтедобычи. Достигнув «дна» в 301 млн тонн в 1996 году, отрасль медленно, но верно начала наращивать объемы добычи, хотя государство, по-прежнему считавшее нефтяную промышленность «дойной коровой», зачастую скорее мешало, чем помогало ей пережить трудные времена.

В закрытую при социализме нефтяную промышленность проник иностранный капитал, принося с собой передовую технологию и управленческий опыт. Приватизированные российские компании, ставшие хозяевами своей судьбы, провели корпоративную реорганизацию, начали выходить на мировые фондовые рынки, покупать зарубежные активы, вливаться в международное деловое сообщество. Нефтяники превратились в политических и экономических тяжеловесов, определявших правила игры в стране.

Правда, при этом агрессивный передел собственности и скандалы с миноритарными акционерами не способствовали улучшению инвестиционного климата в России, а политическая нестабильность в стране мешала нефтяникам осуществлять реализацию долгосрочной стратегии развития, главное – наращивать геологоразведочные работы, которые обеспечивают будущее отрасли. Прирост запасов в 1990-е годы хронически не покрывал объемы добычи – нефтяники проедали ресурсную базу, открытую еще при советской власти[66]. Основные производственные фонды отрасли быстро старели, нефтепереработка была на положении падчерицы у ВИНК, и надолго закрепился сырьевой тип развития страны.

Русская нефть-10,Сиданко и Транснефть
ronguard
«СИДАНКО» – Сибирско-Дальневосточная нефтяная компания – была создана в мае 1994 года для снабжения Восточной Сибири, Дальнего Востока и Крайнего Севера нефтью, газом и нефтепродуктами. Компании передали государственные пакеты акций «Пурнефтегаза», «Кондпетролеума», «Черногорнефти», «Варьеганнефтегаза», «Удмуртнефти», Саратовского НПЗ, Ангарской нефтехимической компании (самой крупной в России) и нескольких сбытовых сетей. Она стала лидером среди мировых негосударственных компаний по доказанным запасам нефти. Правда, Владимир Потанин в 1999 году назвал «СИДАНКО» «бессмысленным набором активов»[57].

Read more...Collapse )

Русская нефть -9,Роснефть
ronguard
Государственная компания «Роснефть» была создана Указом № 1403 вместо корпорации «Роснефтегаз». Возглавил ее Александр Путилов, бывший генеральный директор «Урайнефтегаза». Преобразованная в открытое акционерное общество в апреле 1995 года Указом Президента РФ «О первоочередных мерах по совершенствованию деятельности нефтяных компаний» № 327, она должна была осуществлять доверительное управление государственными пакетами акций компаний, не вошедших в новые ВИНК, обеспечивать поддержку отраслевых НИОКР и представлять интересы государства в СРП. «Роснефть» все время слабела – она служила исходным материалом для создаваемых ВИНК и особенно сильно пострадала от образования «Сибнефти», лишившись ценнейших активов.

Read more...Collapse )

Русская нефть-8, основные игроки,Лукойл,Сургутнефтегаз,ЮКОС
ronguard
Основные российские игроки
«ЛУКОЙЛ». В 1991 году постановлением Совета Министров СССР по инициативе первого заместителя министра нефтегазовой промышленности Вагита Алекперова был создан государственный нефтяной концерн «ЛангепасУрайКогалымнефть», включивший три сибирских объединения «Лангепаснефтегаз», «Урайнефтегаз» и «Когалымнефтегаз», а также нефтеперерабатывающие заводы в Перми, Волгограде, Уфе и Мажейкяе. На его основе в 1993 году было образовано ОАО «ЛУКОЙЛ». Правда, без Мажейкяйского и Уфимского НПЗ, но зато со сбытовыми организациями в Краснодарском крае, Волгоградской, Вологодской, Челябинской, Пермской, Кировской, Калининградской и других областях.

В 1990-х годах «ЛУКОЙЛ» был флагманом нефтяной промышленности России благодаря Read more...Collapse )

Русская нефть-7 (90-е годы) иностранные игроки
ronguard
Иностранные компании в России
Когда в стране начались рыночные преобразования, в нефтяную промышленность устремились и крупные международные корпорации, и мелкие неизвестные фирмы, которые видели в России своего рода Клондайк, политически более стабильный, чем страны Ближнего Востока. Российским же нефтяникам от иностранных компаний нужны были деньги, технологии, управленческий опыт и возможность выхода на зарубежные рынки.

Но взаимное разочарование было неизбежно. Иностранные компании столкнулись с российской бюрократией и коррупцией, политической непредсказуемостью, неблагоприятным инвестиционным климатом, корпоративными разборками. И сами, по мнению россиян, не упускали возможности воспользоваться бедственным положением отрасли и неискушенностью российских партнеров в международных делах. Они зачастую неоправданно затягивали реализацию проектов, жалуясь на тяжелые условия работы в России.

Типичный пример – история с Amoco и Приобским месторождением. Лицензия на северный участок Приобского месторождения с 1993 года принадлежала «Юганскнефтегазу». С освоением его правого берега были проблемы, поскольку большую часть года он представлял собой сплошное болото. Нужны были передовые технологии и около 12 млрд долларов, поэтому к проекту решили привлечь иностранного инвестора. В 1993 году тендер выиграла Amoco. Американцы собирались работать на Приобском исключительно в режиме СРП и в течение пяти лет вели переговоры с правительством, стараясь выбить более выгодные условия. Они вложили в Приобское 100 млн долларов и сетовали, что запросы «ЮКОСа» постоянно менялись. Тем временем проект простаивал, шансы на компромисс таяли. По мнению Михаила Ходорковского, это было результатом нерешительности Amoco, которой предоставили эксклюзивные права на месторождение[31]. Избавившись от Amoco, глава «ЮКОСа» пригласил сервисные компании Schlumberger и Kvaerner и стал успешно осваивать Приобское.

Большое внимание работе иностранных (особенно американских) компаний в российской нефтянке и развитию энергетического сотрудничества уделяла комиссия Гор-Черномырдин, которая, в частности, стремилась стимулировать приток американских инвестиций в российский ТЭК. Так, в ходе визита премьера Виктора Черномырдина в США был подписан контракт с американским консорциумом по проекту «Сахалин-2». Результатом работы комиссии стало и СРП по «Сахалину-1». Был также решен вопрос об участии Chevron в Каспийском трубопроводном консорциуме.

Комиссия старалась оперативно реагировать на сбои, нередко возникавшие в российско-американских нефтяных отношениях. Один из них – скандал вокруг Центрально-Хорейверской впадины в Тимано-Печоре. В сентябре 1997 года выигравшая тендер компания Exxon была лишена прав на ее освоение, после чего вопрос о судьбе проекта был включен в повестку 9-й сессии комиссии Гор-Черномырдин. Но «разрулить» ситуацию ей так и не удалось.

В целом список нефтяных успехов этой комиссии не слишком впечатляет. По мнению очевидцев, сложился стереотип таких встреч: американцы лоббировали изменения в российской экономической политике, а россияне кивали, но поступали по-своему.

Русская нефть-6 (90-е годы), нефть,политика и криминал
ronguard
Нефть и политика
В середине 1990-х годов сформировались мощные промышленно-банковские империи: «Сибнефть» – «СБС-Агро», «СИДАНКО» – «ОНЭКСИМ», «ЮКОС» – «МЕНАТЕП». Их рождение благословил Указ Президента РФ «О создании финансово-промышленных групп в Российской Федерации» от 5 декабря 1993 года № 2096. Нефтяные банкиры были достойно представлены в «семибанкирщине» Борисом Березовским (Объединенный банк), Александром Смоленским («СБС-Агро»), Михаилом Фридманом (Альфа-Банк) и Михаилом Ходорковским («МЕНАТЕП»). В 1996 году «нефтяные генералы» дружно поддержали Бориса Ельцина. Глава «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов был его доверенным лицом на выборах в Тюменской области. Даже аполитичный Владимир Богданов, руководитель «Сургутнефтегаза», внес деньги во внебюджетный избирательный фонд.

В борьбе за нефтяные активы компании использовали грозное оружие – прессу, которую они контролировали. «ЛУКОЙЛ» тогда владел 41% акций газеты «Известия», «ОНЭКСИМ» – 20% акций «Комсомольской правды» и тесно сотрудничал с журналом «Эксперт». «СБС-Агро» был связан с Издательским домом «Коммерсантъ», а «МЕНАТЕП» – с Moscow Times. И стреляло это оружие часто и метко. Например, в СМИ нашумело «дело литераторов» осени 1997 года против Альфреда Коха, Анатолия Чубайса, Петра Мостового, Максима Бойко и Александра Казакова, которых обвиняли в получении 100 тыс. долларов от швейцарского издательства за неопубликованную книгу по истории приватизации в России.

В то время в Госдуме нефтяники имели мощное лобби – партию «Новая региональная политика», которую возглавлял председатель Союза нефтепромышленников Владимир Медведев. А в 1994 году в Совете Федерации была образована Межрегиональная ассоциация экономического взаимодействия во главе с сенатором Юрием Шафраником – тогдашним министром топлива и энергетики.

Нефть и криминал
В бурные 1990-е годы нефтяная промышленность оказалась опасным местом для работы. Когда происходила дележка «нефтяного пирога» и шла борьба за сферы влияния, отрасль стала ареной кровавых разборок, зачастую со смертельным исходом. Большинство нашумевших убийств нефтяников и лиц, связанных с нефтянкой, так и не было раскрыто – слишком слабы или коррумпированы были тогда правоохранительные органы страны.

Криминальная хроника 1995 года[28]

Read more...Collapse )

Русская нефть-5 (90-е годы),налоги
ronguard
Налоги
ТЭК всегда был «дойной коровой» бюджета, обеспечивая более 60% его доходной части. В 1990-е годы налоги стали настоящим бичом нефтяников.

Указ Президента РФ «О формировании республиканского бюджета Российской Федерации и взаимоотношениях с бюджетами субъектов РФ в 1994 году» от 22 декабря 1993 года № 2268 позволил региональным и местным властям вводить налоги и сборы с прибыли, не предусмотренные законодательством РФ. Менее чем за год возникло около 70 новых налогов, в том числе одиозных – типа «отчислений на содержание местной футбольной команды». К тому же налогообложение регулировалось более чем 800 подзаконными актами Минфина и Государственной налоговой службы. Пышным цветом расцветала коррупция из-за многочисленных налоговых льгот, предоставляемых «по блату». Нефтяники проблему решали традиционно – выбивая себе льготы и ища лазейки в налоговом законодательстве. Популярными среди них стали «внутренние офшоры» – территории, которые имели право предоставлять налоговые льготы компаниям, заключившим соглашения с региональными властями о реализации инвестиционных проектов.

Ханты-Мансийский автономный округ оказался на третьем месте в стране после Москвы и Московской области по налоговым поступлениям в федеральный бюджет и на первом месте – по задолженности. В начале 1990-х годов правительство старалось идти навстречу нефтяникам в решении проблемы их налоговых долгов. Так, в 1993 году оно согласилось с предложением Минтопэнерго об отсрочке взыскания налогов с «Нижневартовскнефтегаза»[22]. Но уже к концу 1995 года повело массированное наступление на неплательщиков. Чиновники, судя по всему, решили, что у нефтяников деньги все-таки есть, видя, как расцветают «нефтяные столицы» – Сургут, Когалым, Нижневартовск.

Кроме того, перед грядущими выборами было важно изыскать дополнительные средства для социальных программ и бюджетников. А поскольку премьер Виктор Черномырдин пользовался репутацией ставленника и лоббиста ТЭКа, налоговый прессинг на нефтянку должен был продемонстрировать электорату, что «перед государством все равны». В ответ на нажим чиновников «нефтяные генералы» резонно указывали, что задолженность образовалась потому, что в прошлые годы нефть поставлялась в счет государственных нужд, а государство за нее не заплатило. В частности, в сентябре 1995 года задолженность «Юганскнефтегаза» перед федеральным бюджетом выросла до 1,5 трлн рублей, поставив компанию на грань банкротства, при этом потребители задолжали ей за поставки нефти около 1 трлн[23].

Особенно остро вопрос встал о «Нижневартовскнефтегазе», одном из крупнейших должников среди нефтяников, и его руководителе Викторе Палии. В октябре 1995 года на заседании комиссии по совершенствованию системы платежей вице-премьер Анатолий Чубайс сказал прямо: «Либо 1 января в бюджете 750 млрд рублей, либо 2 января Палий работает в другом месте»[24]. Глава «Нижневартовскнефтегаза» объяснил налоговые долги компании проблемами Самотлора и расходами на социальную инфраструктуру и заявил, что «по отношению к нам проводится некорректная политика, государство требует от нас налоги с тех денег, которые оно нам должно»[25] (в 1992–1994 годах «Нижневартовскнефтегазу» навязали убыточные продажи нефти бюджетникам). Палий предупреждал, что выплата 750 млрд рублей в течение трех месяцев означала бы полный паралич предприятия. Но ему все же удалось погасить порядка 600 млрд рублей долга, частично урегулировав ситуацию.

Угрозы увольнения директоров, казалось, подействовали – собираемость налогов в ТЭКе увеличилась с 60% в 1994 году до 80% в 1995 году. Но было ясно, что облегчение наступило временное. Эксперты тогда предрекали, что, если сохранится существующий порядок налогообложения, при котором 85% налогов взимают с выручки, а не с прибыли нефтяной компании, уже к 2000 году нефтедобыча может упасть до 150–190 млн тонн. То есть через пять лет Россия могла бы либо вообще перестать экспортировать нефть, либо ей пришлось бы закупать за границей 70–80% бензина и дизельного топлива[26]. Действительно, проблема долгов по налогам в 1990-е годы всплывала постоянно. Налоговая задолженность нефтяников на 1 октября 1997 года составляла: «Юганскнефтегаз» – 2059,1 трлн рублей, «Ноябрьскнефтегаз» – 1505,0, «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь» – 1301,3, Нижневартовскнефтегаз» – 747,3, «Омскнефтеоргсинтез» – 698,6 трлн рублей[27].

Государство искало различные пути решения налоговых проблем. В частности, на «ЮКОСе» как крупнейшем должнике был опробован механизм реструктуризации задолженности в рамках Постановления Правительства РФ «Об условиях и порядке реструктуризации задолженности организаций по платежам в федеральный бюджет» от 5 марта 1997 года № 254. «Дочки» «ЮКОСа» («Юганск» и «Самара») выпустили облигации на сумму задолженности под гарантии материнской компании и передали их государству. В феврале 1998 года «МЕНАТЕП» выкупил у государства долги «ЮКОСа».

Для выбивания налоговых долгов с нефтяников использовалась и система экспортных трубопроводов «Транснефти». Так, 4 мая 1998 года премьер Сергей Кириенко подписал Постановление Правительства РФ «О дополнительных мерах по обеспечению полноты уплаты налогов нефтедобывающими организациям» № 417, по которому с 1 июля необходимым условием доступа нефтедобывающих организаций – налоговых должников к системе магистральных нефтепроводов стало перечисление валютной выручки от реализации экспортированной нефти на определенные совместно с Государственной налоговой службой счета в банках.

Русская нефть -4 (90-е Годы),Залоговые аукционы,кризис неплатежей
ronguard
Залоговые аукционы
Важным этапом в приватизации российской нефтянки стали залоговые аукционы. Чтобы помочь государству преодолеть бюджетный дефицит, в марте 1995 года руководители ведущих российских банков предложили кредитовать правительство под залог государственных пакетов акций самых привлекательных предприятий страны. 31 августа 1995 года был принят Указ Президента РФ «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности» № 889.

Залоговые аукционы проводились для «своих» игроков, Read more...Collapse )

Русская нефть-3,90-е годы,Законы и структура отрасли
ronguard
Нефтяные законы
Параллельно разрабатывали новое законодательство по ТЭКу. Закон «О недрах» от 21 февраля 1992 года № 2395–1 закрепил государственную собственность на все минеральные ресурсы и дал компаниям право вести геологоразведку и добычу на основе лицензий, выдаваемых через тендеры. Была введена система платежей за пользование недрами. Возник принцип «двух ключей», согласно которому лицензия вступала в действие, только если она подписана представителями федеральной и региональной властей. Этот принцип позволил местным властям говорить с нефтяниками по-хозяйски и выбивать из них финансирование для детских садов, больниц, поставки бюджетникам топлива по низким ценам. Москва тогда остро нуждалась в политической поддержке регионов и поэтому максимально расширяла их полномочия.

В ответ на критику со стороны российских и иностранных специалистов Read more...Collapse )

Русская нефть-2, 90-е годы,органы управления
ronguard
Первые ростки рыночных отношений в нефтяной промышленности проклюнулись еще до распада Советского Союза, хотя основные рыночные преобразования в секторе начались уже в Российской Федерации. С 1 января 1988 года был введен в действие Закон СССР «О государственном предприятии (объединении)» от 30 июля 1987 года № 7284-ХI, давший предприятиям хозяйственную самостоятельность.

Правовой базой для создания совместных предприятий (СП) с зарубежными компаниями стал Закон РСФСР «Об иностранных инвестициях в РСФСР» от 4 июля 1991 года № 1545–1, но первое СП в нефтяной промышленности («Юганскфракмастер») было образовано еще в 1989 году сервисной фирмой Canadian Fracmaster и «Юганскнефтегазом». Настоящий бум их открытия пришелся на 1991–1992 годы. Инициаторами создания СП выступали директора нефтедобывающих объединений: их экспортная квота была невелика, а совместные предприятия могли вывозить до 100% добычи. К 1995 году в России насчитывалось около 70 нефтяных СП, хотя реально из них работало порядка 40.

В 1990 году было образовано арендное предприятие «Черногорнефть», выделившееся из производственного объединения «Нижневартовскнефтегаз». «Черногорка» получила от него в аренду 12 месторождений. Еще до массовой приватизации нефтяной отрасли ее акционировал и возглавил Борис Волков. На момент создания вертикально-интегрированных компаний (ВИНК) «Черногорнефть» была единственным нефтяным предприятием, где государство не имело контрольного пакета, и чьи акции были хорошо раскручены на вторичном рынке.

Важной вехой в подготовке отрасли к рыночным преобразованиям стал Указ Президента СССР «О неотложных мерах по обеспечению стабильной работы базовых отраслей народного хозяйства» от 16 мая 1991 года № УП-1977, который дал нефтяникам, газовикам, химикам и металлургам право самостоятельно продавать до 10% продукции по договорным ценам и экспортировать до 10% товаров.

Ускоряя движение к рынку, Борис Ельцин 8 августа 1991 года заявил, будучи в Тюмени, что Россия заберет под свою юрисдикцию нефтяную и газовую промышленность, оставив союзному центру только оборонку, железные дороги и электричество. Он пообещал предоставить в распоряжение тюменцев треть добываемой нефти, разрешить продажу ее и газа по свободным ценам, позволил не отчислять до 40% валюты в союзный бюджет, но предупредил, что Тюмень больше ни копейки не получит от Москвы[7].

Органы управления топливно-энергетическим комплексом
Read more...Collapse )

?

Log in

No account? Create an account